В
крокодила у берега Ганга
Были брошены два бумеранга;
Но один крокодил
Без труда проглотил,
А другой всё кружится у Ганга.
Во дворе у главы "Талибана"
Есть четыре больших барабана –
В них положено бить,
Чтобы тех подбодрить,
Кто ослаб в изученье Корана.
Мастер-ниндзя из
города Мьети
Был настолько для всех незаметен,
Что супруга героя
Удивлялась порою,
От кого же заводятся дети.
Секретом любого
швейцарца
Является сердце из кварца –
И тикают кварцы
В груди у швейцарца,
От молокососа до старца.
За покером в
племени банту
Мешали с текилою фанту –
И все свои банты
Продули, как фанты,
Охотницы племени банту.
Вождь апачей взял в
плен бесполезную,
Но красивую даму любезную –
В общем, белая скво
Всем была ничего,
Только писать отныне болезненно.
В Диснейленде
мудрейшие даосы
Удивляются на Микки Мауса:
– Столь огромных мышей
Мир не видел, ей-ей,
Со времён первородного хаоса!
В доме парса для
книги "Авеста"
Строят полку навроде насеста –
Свет идей Заратустры
Наподобие люстры
Освещает укромное место.
Молодой балерун из
Блуа
Так привык к своему амплуа,
Что, кладя на перины
Сразу две балерины,
Называл это па-де-труа.
В Эффенбурге
свирепые курды
Осадили издательство Бурды:
Что журнал главный бурдский1
Не выходит по-курдски,
Показалось им верхом абсурда.
Как-то мэрия города
Порто
Наложила запрет на аборты –
Упрекают всю мэрию
Третий день в лицемерии
Демонстрантки известного сорта.
Закурила
прелестная дама
В Королевском дворце Амстердама.
Изучив косячок,
Суд сказал: "Пустячок!
Здесь и четверти нет килограмма!"
Мятежники племени
хуту
В Руанде устроили смуту –
И с ними все тутси
Всё бьютси и бьютси,
И всё не побьют почему-то.
Монастырь был
основан в Далмации,
Чтоб сестёр приучать к флагелляции,
Но далматский епископ
Из-за странной описки
Приохотил монашек к фелляции.
Пожилой сомелье из
Дижона,
Если видел в клиенте пижона –
Наливал им назло
Не шабли, а мерло
И её брал чаевых раздражённо.
Лесорубов из Йеллоу-Найфа
Соблазнил продавец гербалайфа –
И теперь им milk-shake
Заменяет beef-steak –
Ни здоровья, ни денег, ни кайфа!
Облажался лесник из-под
Люблина:
Вместо ёлки акация срублена –
Долго парень страдал:
Скажешь, пьян был, – скандал,
А не скажешь – карьера загублена.
Завлекают мужчин
эфиопки,
Притаившись в кустах возле тропки, –
Углядев мужика,
На тропинку слегка
Выставляют упругие попки.
Для разборок якудза
якудзе
Посоветовал ездить на Фудзи:
– Там в любую погоду
Ходит столько народу,
Так что я не боюсь промахнудзи.
Пожилой людоед из
Хургады
Вёл охоту у банной ограды:
Там достаточно пищи,
И народец почище –
Их и мыть специально не надо.
Сочинили муллы из
Ирана
Новый способ добычи урана:
Вырвать клок, сделать вдох,
Гаркнуть: "Трах-тиби-дох!" –
И аят прочитать из Корана.
На охоте в Буркина-Фасо
Применяют обычно лассо:
Если дичь не встречается,
То оно надевается
На того, кто потолще, – и всо.
На мангале –
шампуры из бука,
Мясо жарится в листьях латука –
Каждый год в это время
Отмечает всё племя
Годовщину прибытия Кука.
Эфиоп эфиопке в
Сахаре
Объяснялся в любви на амхари;
Но один мадригал
Так её напугал,
Что в ответ закатала по харе.
Это ложь, будто
негры в Сахаре
Меж собой говорят на амхари, –
За вопрос на амхари
В этой самой Сахаре
Могут запросто съездить по харе,
Грек, наполнивши
доверху пузо,
Заливает поверх рюмку "узо" –
Это зелье тошнотное
Прочищает, как рвотное,
Всю утробу от лишнего груза.
Долго гномов
мутузили эльфы,
С гибеллинами ссорились гвельфы –
Если ты не дурак,
Избегай глупый драк,
Применяй вместо них метод "Дельфы".
Бедуины при варке
кус-куса
Окунают в него кончик уса
(А точнее – усища),
А без этого пища
Не имеет привычного вкуса.
В отдалённых частях
Мавритании
Не вполне полноценно питание:
Пища там не кошерна –
Оттого-то, наверно,
Там нередко бывают восстания.
Квартеронка из
города Тиса
Завела себе друга-метиса;
Колорит этой пары
Восхищал Ренуара,
Левитана, Коро и Матисса.
У певиццы одной
из Ареццо
Голос был – натуральное меццо;
Но позвали в Ла Скала –
Стала петь что попало:
Для карьеры придёцца вертецца.
Оглядев экипаж "Челленджера",
Стартовавший в полёт на Венеру,
Пробурчал командир:
– Есть ли здесь хоть один
Венеролог средь нас, офицеры?
Собирает гербарий
бербер
Из сушёных махровых гербер –
На десерт для верблюда
Это смачное блюдо
Повкуснее, чем сыр камамбер.
Одинокой мадам из
Ла-Платы
Алименты пришлись маловаты –
Суд претензии внял
И отца обязал
Поменять материнскую плату.
По утрам, запираясь
в сортире,
Самурай проводил харакири;
Но до сердца клинок
Дотянуться не мог,
Застревая в свисающем жире.
Пожилой камикадзе
из Эду
Как и все, твёрдо верил в победу,
Но лететь не спешил,
Оттого-то и был
Пожилым камикадзе из Эду.
Ошалевши от слова
"миллениум",
Мир скупает в аптеках элениум
И пихает в желудок,
Потерявши рассудок
От воздействия многих нулей на ум.
01.01.00
Парижанин
рассказывал в Лилле,
Как лечить половое бессилие:
– Лично я, как залезу, –
Так пою "Марсельезу",
Вспоминая о штурме Бастилии!
Пожилой огородник
из Турции,
Увидав у соседа настурции,
Проворчал: "Во дошли!
Лучше б вы развели
Помидорции или огурции!"
Собачка посла из
Макао
С похмелья лакао какао;
А супруга посла
Это пить не смогла,
И сосао с утра "Кюрасао".
Главным номером в
цирке Афин
Выступает учёный дельфин
Призывая: "Людишки!
Не жалей мелочишки!
Скуповат на поддержку минфин!"
Всю еду посыпают на
Капри
Очень мелко натёртою папри-
Кой – и эта еда
Поражает всегда
Посетителей острова Капри.
В чашку кофе на
острове Капри
Помещаются ровно три капли,
А попросишь четвёртую –
И дивятся упёртые
Обитатели острова Капри.
Неаполь.
Центральная piazza.
За стойкою бара – ragazza.
Одета ragazza
Навроде паяца –
Не знаешь, рыдать иль смеяцца.
Неаполь.
Центральная piazza.
Подходит другая ragazza.
Да я только вкратце
Отшил её, братцы, –
Зачем же так громко ругацца?
Разведённый отец из
Сорренто
Убежал, не платя алименты;
Но вдали от Кампании
Заскучал без компании
И пришлось возвратиться в Сорренто.
Знал шеф-повар
отеля из Суса
Двести пять вариантов кускуса,
Так что гости отеля
Его ели и ели,
Наслаждаясь изысками вкуса.
Есть хаммам посреди
Хаммамета,
Там на хамов наносится мета,
Чтоб не стал хам Ахмет
Без особых примет
Городским головой Хаммамета.
Растянулся я в бане
на кафеле,
Поскользнувшись на чьём-то фалафеле, –
Это козни врагов
Протиф наших шубоф
Ждешь повшюду лофушки рашштафили!
На этапы размечена
трасса,
И на всех – серо-бурая масса.
Вот по этой грязи
Вдаль на брюхе ползи,
Восклицая: "Таласса, таласса!"
Собравшись на отдых
в Кампанию,
Берите с собою компанию:
Неаполитанки
Массивны, как танки,
От пагубной страсти к питанию.
Неаполитанский
залив,
Положительно, очень красив;
Но без местных жителей
Ещё положительней
Смотрелся бы этот залив.
Собиралась
прекрасная пани
Рождество провести в Закопане,
Но уже пятый год
Разрешения ждёт
От живущего в Риме папани.
Престарелый вампир
из Словении
Надкусил юной девушке вены – и
Вместо крови в стакан
Брызнул пепси фонтан –
Вот он, выбор её поколения!
Любят музыку власти
на Кубе,
Но Бетховена чествуют в кубе –
По четыре недели – о! –
Там на сцене "Фиделио":
От него они просто в отрубе.
Всегда отличает
испанцев
Любовь к исполнению танцев –
Все пляшут без слов:
От старых козлов
До новорождённых засранцев.
Не видят на острове
Самос
Различия тутас и тамас –
И с ними, признаться,
Непросто общаться,
Не путая тамас и сямас.
Обитатели острова
Родос
Различают риттбергер и тодес –
Видно, тренер Тарасова
Обучала их массово,
Так сказать, просвещала народы-с.
Ясновидец спросил
ясновидца:
– Я слыхал, ты собрался напиться?
– Тот ответил: – А сам-то?
Кто ступеньки почтамта
Заблюёт в понедельник, в 7.30 ?!
Пожилой сердцеед из
Парижа
По утрам пил чесночную жижу,
Но, увы, ловеласа
Женщин глупая масса
Подпускала на метр, не ближе.
(Совместно с Дмитрием
Белкиным)
По ночам у подруги-йогини
Старый йог прочищал кундалини;
На десятую ночь
Так ей стало невмочь,
Что теперь её нет и в помине.
Два монаха склоняли
монашку
Учинить воздержанью отмашку,
А чтоб страсти телесные
Одолели небесные –
Им в подмогу налили рюмашку.
Кочевники в
Северном Йемене
Страдают отсутствием семени –
И местные девы
Гуляют налево,
Стремясь к пополнению племени.
Боннский ЗАГС,
посрамив местных комиков,
Приступил к регистрации гомиков –
В книге записи актов
Для означенных фактов
Завели пять добавочных томиков.
Пожилой матадор из
Толедо
Объяснял нам секреты победы:
– Я, как вижу рога,
Распаляюсь: ага!
Я-то здесь, а жена – у соседа!
Примадонна одна из
Ла Скала
В пианиссимо часто икала,
А форсируя пение –
От большого смущения
Петуха постоянно пускала.
Си-Эн-Эн сообщает:
Невада
Пострадала весьма от торнадо –
И теперь в этом штате
Дорожают некстати
Нефть, компьютеры и авокадо.
В Финикии особые
клиники
Исцеляют подсевших на финики –
Этой пищей насильно
Там их кормят обильно
Тренированные сандружинники.
Две девицы в глуши
Монтенегро
Танцевали друг с другом аллегро
И вздыхали: – И нам бы
Впору румбы и самбы,
Только нету напарника-негра.
Пожилой аргентинец
на клумбе
Предавался стремительной румбе,
Но партнёрша у мачо,
Зад уныло откляча,
Подражала в движениях тумбе.
В Австралии наглые
кролики
К туристам сигают на столики,
Стаканы вина
Допивают до дна –
И теперь они все алкоголики.
Среди прочих
настоек с наливками
Предпочёл бы я кофе со сливками,
Но в изысканной Греции
Щедро льют в него специи
И кидают маслины с оливками.
У священных руин
Колизея
Издалека видать ротозея –
И срезают карманники
И штаны, и подштанники
С тех, кто замер, на стены глазея.
Их Высочество князь
Лихтенштейна –
Подтвержденье теорий Эйнштейна:
По сравненью с Монако
Протяжённа однако
И обширна земля Лихтенштейна.
На Афоне суровы
замашки,
Там не водятся даже монашки –
И, исполнившись мужества,
Отвергая супружество,
Ищет инок усладу в рюмашке.
В Саламанке
поддатые панки
Захватили вокзалы и банки
И – Ильич, ты был прав! –
Почту и телеграф
Они тоже штурмуют по пьянке.
Соблюдая завет
Заратустры,
Парсы чтут и софиты, и люстры,
И другие огни,
А к тому же, они
В разведенье костров очень шустры.
У юной девиццы
из Ниццы
На завтрак обычно три пиццы –
Их носят ей на дом:
Ведь ей, с её задом,
По лестницце трудно спустицца.
Пожилой муэдзин из
Марокко
Был поборник тяжёлого рока:
Ведь от лёгкого року
Нету должного проку
Правоверным потомкам Пророка!
Хитроумный мулла из
Кадиса
Самогон выгонял из редиса,
Восхвалял Магомета
(На редис нет запрета!)
И цитировал текст из хадиса.
Прихожанка
сложения сдобного
Возбудила любовь преподобного;
Но во время поста
Жизнь у них непроста:
Не отыщешь и часа удобного!
Как-то раз два отца-капуцина
Угощали меня капуччино –
Вкус как будто помои,
Молоко – соя соей ...
День был постный – вот в этом причина!
Проверено лично, не
враки:
Все греки танцуют сиртаки,
Но паки и паки
Уместен сиртаки
Под выпивку, песни и драки.
Говорят, что к
туристам хорваты
И щедры, и весьма тароваты:
Как турист подойдёт –
Враз набьют полный рот
Козинаков и сахарной ваты.
У синьора из города
Бари
Домочадцы ютились в амбаре,
Всё пеняли ему:
– Отчего ж не в дому?
– Ничего, – отвечает, – не баре!
Престарелый синьор
из Тосканы
Расставлял на соседей капканы –
И, услышавши крик,
Ухмылялся старик
И отплясывал лихо канканы.
Архитектор-чудак из
Анконы
Всё пристраивал к дому балконы,
На любом этаже
Их по сотне уже,
Не уймётся чудак из Анконы.
Всем банкирам
падение евро
Причиняет и психо-, и невро-,
И другие болячки
Наподобье вертячки
И дрожания в области плевры.
В ресторанчике
около Гинзы
Взял я порцию соевой брынзы;
Но кусок был так мал,
Что мне повар подал
Вместе с вилкой – контактные линзы.
Молодая красотка из
Кракова
В фас и в профиль была одинакова,
И супруг перед сном
Разбирался с трудом,
Где там что у красотки из Кракова.
Пожилой полисмен из
Тасмании
Был подвержен загадочной мании:
Задержав юных дам,
Щупал их здесь и там,
А мужчин оставлял без внимания.
Как-то летом,
застряв в Македонии,
В переходе лабал на гармони я;
Но от жителей Скопья
Не получишь ни копья,
Хоть баллады играй, хоть симфонии...
Среди жителей в
городе Льеже
Попадаются супер-невежи:
И ругаются вслед,
Словно пьяный сосед,
И слова у них, в общем-то те же.
1 Имеется
в виду, конечно, "Burda
Moden"
